Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
03:24 

Красавцы и чудовища, часть 2, гл. 12-13

vlad.
-Кому это вообще нужно? - Тебе. Только тебе.
Выпускной

И снова ее никто ни в чем не упрекнул, но иногда Кэти казалось, что лучше бы выругали, лишили зарплаты за целый год, а то и уволили. Приходила мысль даже самой подать заявление, но остановила другая: слишком уж трусливо это смотрелось, вроде как «испортила все что можно и сбежала». Нет, лучше… честнее увидеть все последствия своего поступка, своего желания до конца оставаться «хорошим человеком», как презрительно назвал ее Алекс.

О нем она вообще старалась поскорее забыть. И, конечно же, чертов Змей вспоминался каждую свободную от прочих терзаний и самокопаний минуту. Иногда Кэти думала, что ей пора было брать пример с Иры и начинать собственный список трагически закончившихся любовей. И никакой разницы, что Алекс, в отличие от разочаровавших вампиршу парней, все еще жив. Все равно он ее никогда не простит, как не забыл за столько лет поступок ее брата. Но у Лорда хоть было оправдание: он старался не дать «уникальной зверюшке» погибнуть. А у Кэти и этого не было. Разве что слабенькое утешение, что она поступила правильно?

Если год назад она сто раз успела себя обругать за то, что позволила Джиму и Рози пойти в лес, то сейчас… Нет, Кэти ни на минуту не пожалела, что дала Симу… Егору шанс прожить жизнь по-человечески. Просто, несмотря и на уверенность в собственной правоте, и на понимание того, что, выпади случай все переиграть, она все равно поступила бы так же, потому что иначе – немыслимо… Все равно ей было очень, очень тошно.

Кэти все время старалась что-то делать. Конечно, работа садовника – в отличие от преподавательской – занимала только руки, оставляя мыслям возможность раз за разом возвращаться к последней – последней же? – встрече с Алексом. Зато к вечеру она так выматывалась, что сил еще и на ночные терзания не оставалось. Даже Варфоломеич, поначалу не понимавший ее рвения и подшучивавший: «Ну все, теперь мне хоть завтра на вольные хлеба отправляться! – в конце концов догадался, что происходит, и только рукой махнул: – Эх, девка! Уже и волос короткий, а ума все равно нет. Ну, хоть цветам польза, главное, соленой водой их не слишком поливай!»

Насчет этого садовник мог не волноваться: слезы у Кэти наворачивались на глаза только при виде Аленького Цветочка. После ее возвращения – видимо, окончательно лишившись симбионта – он не подрос ни на дюйм. Стебли стали темно-коричневыми, непрозрачными, и сквозь них уже не видно было «сосудов» с бегущей жидкостью. Так что понять, жив еще цветок или просто не до конца засох, было трудно. Судя по бутонам: тоже темно-коричневым, ребристым и жестким, как хитиновый панцирь, – он все-таки засыхал.
Только и оставалось приходить на эту поляну каждый вечер. Сначала проверять заклинаниями, не изменилось ли хоть что-то, потом, убедившись, что все-таки нет, заносить в таблицу данные и сидеть, вспоминая, как она была счастлива здесь еще два месяца назад.

Друзья поначалу старались отвлекать ее, не давали совсем уж захандрить. Но потом у Андрея начались выпускные экзамены, и он перестал появляться даже в гараже, а Маша за оставшееся до сентября время, кажется, решила самостоятельно пройти всю программу Хогвартса и выучить английский на уровне как минимум Шекспира. И теперь уверенно двигалась к цели, каждый день заучивая по десятку-другому слов и отрабатывая хотя бы одно новое заклинание.

Нела же, как-то навестив Кэти на поляне Цветочка, на полном серьезе предложила ей утопиться. А услышав, что для ведьмы это почти невозможно, только руками развела:
– Тогда мучайся, – и, легко взобравшись по стволу ближайшего дуба, уселась на нижней ветке. Распустила длинную, почти до пят, косу и принялась расчесываться.

— Думаете, зацветет? — услышала вдруг Кэти.
Сережа Гусев, тот самый шестиклассник, который начал знакомство с ней, показав «фак», стоял неподалеку, прислонившись к дубу. Подпрыгнул, чтобы поймать прядь зеленоватых волос, но Нела их вовремя подхватила и выругалась. Гусев хмыкнул одобрительно и взглянул на Кэти, ожидая ответа.
— Думаю, нет, — вздохнула она.
— А чего тогда сидите здесь каждый день?
Она покачала головой. Не признаваться же: «Чтобы убедиться, что я полная дура и порчу все, к чему прикасаюсь».
— Ну блин, а я на то, что зацветет, поставил! — огорченно сказал Гусев. — Там сейчас один к тридцати. Если б выгорело, я б метлу новую купил…
— Постой-постой! — перебила его Кэти. — Вы что там, тотализатор устроили?!
— Ну а что? — Гусев удивленно уставился на нее. — Нельзя, что ли?
— И многие… верят? — осторожно спросила.
— Так говорю же: один к тридцати. То есть…
— Ладно, я поняла.
— Так будете ставить?
«Конечно, нет. Еще издеваются!»
— Наверное, буду.

– А ты на что поставила? – спросила она Нелу, когда мальчишка ушел.
– Тебе расскажи, – усмехнулась та, спрыгивая-соскальзывая с дерева. – Не, ну правда – никто ж не знает, как этот цветок растет. Пока совсем не засох – чего б не поставить? Хотя, глядя на твою унылую рожу… – рассмеялась и убежала, оставив Кэти в раздумьях. Нет, они что, и правда надеются?! Ну, хоть кто-нибудь?
Взглянула на цветок, потрогала листья – они теперь тоже стали твердыми, как будто из гипса вылепленными, но почему-то не опадали. Ничего, еще день-два… И не на что тут надеяться.

***

Впрочем, одному человеку удалось если не поднять ей настроение, то хотя бы не дать ему опуститься еще ниже.
Как-то директор, заглянув во время обеда в столовую, попросил Кэти зайти к нему вечером. «Перед тем, как отправитесь на дежурство», – с улыбкой добавил.

Порог его кабинета она переступала с опаской, подбадривая себя совсем не веселым «так тебе и надо, заслужила - получай». На столе директора лежал конверт с печатью в виде герба Всеамериканского Магического Университета. Кэти подала туда заявление еще осенью, но ответа до сих пор не получила. Вернее, ей написали, что приняли, но на какую программу – обычную или интенсивную – до сих пор решалось.
– Тут у меня характеристику запросили, – указал на конверт директор. – Ну, что писать будем?
– Правду, – со вздохом сказала Кэти. – «Во время работы Мэри Кейт Риддл добилась того, что уникальное растение засохло на корню…» Ну, и вообще…
– Вот именно – вообще, – неизвестно чему обрадовался директор. – А ведь моя коллега, госпожа Макгонагалл, была права насчет вас. «Удивительная личность с нестандартным взглядом на мир».
Кэти удивленно на него взглянула: когда это Макгонагалл успела такого о ней наговорить? Ладно, какая разница – особенно теперь. Черт бы побрал ее «нестандартный взгляд»! И одного уникального змея тоже! Мерлин, а он-то почему сейчас вспомнился? Хотя именно о нем она ни на секунду и не забывала.

– Зачем вы меня вообще приняли? – вздохнула она. А ведь и правда – что мешало директору взять опытного человека… или не человека, вроде того же Варфоломеича? Взять того, кому никакие «нестандартные взгляды» не помешали бы работать?

И директор рассказал, ничего не скрывая. Что альтернатива была еще куда менее радужная – взять того, кого рекомендует Совет. Конечно, совсем плохого человека не пропустила бы внутрь сама защита школы, но терпеть рядом явного шпиона не хотелось. Впрочем, директор почти согласился, опасаясь навлечь неприятности на любого, на кого упадет его выбор, но с кем бы не согласился Совет, и тут… Тут появилась она – сестра Лорда Волдеморта, слухи о возвращении которого недавно подтвердились. Что представлял собой возродившийся Лорд – никто не знал, но связываться не стали бы ни с ним, ни с его неизвестно откуда взявшейся родней.

— Значит, вы приняли на работу не меня, а «сестру Лорда Волдеморта», — печально констатировала Кэти.
— Я принял на работу умного и увлеченного своим делом герболога, — мягко поправил директор. — Которая, к тому же, оказалась сестрой Лорда Волдеморта. Согласись, глупо было бы отказаться от подобной неожиданной удачи? Все равно что сбросить выпавшего тебе в игре джокера.
Кэти в карточных играх не очень-то разбиралась, но смысл уловила. «Паршивый вам достался джокер, директор», — мысленно сказала. И все-таки ей на секунду почудилось, что сам он так не думает. Неужели – как те, кто поставил в тотализаторе на «зацветет», он на что-то еще надеялся? Кстати, а сам он на что ставил? Но спросить об этом она не решилась.

— Мисс Риддл! — позвал Царёв, когда Кэти уже подошла к двери. — А на Алешу Горынова вы зла не держите. Он человек хороший, только вспыльчивый… ну прямо змей огненный!
Она только вздохнула: уж если у кого и есть повод злиться… Может, надо было все-таки поговорить с ним еще тогда, а не сбегать трусливо? Ладно, теперь уже ничего не исправить.
— И еще, мисс Риддл. Завтра у нас выпускной у десятиклассников. Вы же придете, правда? — Кэти пожала плечами. Не самое подходящее время, чтобы веселиться. — У всех бывают неудачи: большие и маленькие, серьезные и не очень. Но ни одна из них – не повод хоронить себя заживо… даже на поляне в лесу, — улыбнулся он.
— Наверное, приду.
Как бы ни было плохо ей самой, это еще не повод пропустить вручение диплома ее другу.

***

Выпускной, о котором в последний месяц говорили все: младшеклассники завистливо, непосредственные участники – с предвкушением, а учителя – насмешливо, начался официально и серьезно в актовом зале школы и поначалу ничем не отличался ни от ее выпускного в Снукволми, ни от прошлогоднего в Хогвартсе.
Семь юных ведьм и девять колдунов по очереди взошли на сцену, получили дипломы и выслушали напутствие каждого из учителей. Потом они построились в шеренгу… В зале стало так тихо, что от раздавшегося вдруг залихватского свиста Кэти подпрыгнула. Дверь распахнулась, и в нее – а потом и в руки выпускников – влетело шестнадцать метел. Ребята, как по команде, скинули церемониальные мантии, оставшись кто в чем, но в основном – в спортивных брюках и майках.
Самый рослый из них, брат Сережи Гусева, повернулся в сторону учителей и заорал: «Ну что, старички? Готовы? Мы вас вызываем на поединок!» Кэти не была уверена, пользовался ли он при этом «Сонорусом», но показалось, что да.
Выпускники так же слаженно, один за другим, поднялись в воздух, сделали круг под потолком и со свистом и гиканьем вылетели в распахнувшиеся перед ними окна.

Маша схватила Кэти за руку:
— Идем скорее! А то лучшие места займут!
— Да куда идем-то?
— Так квиддич же! Традиционная игра: «Сопляки» против «Старичков», в смысле, команда выпускников против учителей.
— Так их же шестнадцать человек, — не поняла Кэти. — А в квиддичных командах – всего по семь.
— Ну-у, — немного смутилась Маша, — это такой… условный квиддич. Почти без правил.
— Почти?
— Ага. «Кто выживет, тот и прав».

***

Зря торопились: лучшие места для них уже занял Андрей Долохов. Дождался, пока они с Машей уселись, всучил им какой-то хрустящий мешок и тут же взлетел, стараясь поймать хоть один из дюжины летавших над стадионом квоффлов. Трибуны – на которых, в основном, сидели болевшие «за своих» школьники, – радостно взвыли, когда это ему удалось. Вот он развернулся и полетел к «учительским» кольцам.

– Ех-ху-у-у! – заорал Петр Васильевич, отправляя наперерез Андрею нечто, похожее на огненную крутящуюся «белочку».
– Что это?! – чуть не подпрыгнула Кэти.
– Бладжер, – спокойно ответила Маша. Открыла оставленный Долоховым пакет, в котором оказались сухарики, взяла сама и предложила Кэти. Та, не отрывая взгляда от поля, зачерпнула горсть… и тут же отправила в рот, чудом не подавившись: «белочка» догнала Андрея, метла под ним вспыхнула, и он, нелепо взмахнув руками, полетел к земле. Кэти вскочила, вскинула палочку, заорав подушечное заклинание. Похоже, не ей одной не хотелось, чтобы Андрюша приложился о землю, потому что завис он в десятке футов над полем. Осторожно нащупал место, где действие заклинаний заканчивалось, спустился и, поминутно останавливаясь и поглаживая колено, пошел к трибунам.

В воздухе меж тем за белочкой гонялась огромная ледяная рыба. Догнала, клацнула зубами… и разлетелась над всем стадионом фонтаном брызг. Кое-кто успел наколдовать водоотталкивающее или зонтики, но большинство заверещало, в момент вымокнув до нитки.
– Десять-ноль в пользу «Старичков»! – донеслось откуда-то сверху.
– Бабуля! – огорченно протянула Маша, показывая на Елену Корнеевну, которая как раз в своей ступе облетала стадион. – В прошлом году она в наши ворота за десять минут столько же мячей отправила, а потом еще и снитч поймала. В войну летчицей была, и сейчас еще о-го-го! Говорит, что бывших пилотов не бывает.
«Бабуля» меж тем забросила второй мяч.

Высоко в небе сражались бладжеры: огненные – от Петра Васильевича, и ледяные, которые выпускала одна из девочек-выпускниц, чья светлая макушка едва виднелась над краем ступы. Иногда те или другие спускались, нападая на зазевавшихся игроков. Вот как раз сейчас ярко-рыжая лиса гонялась за охранявшим ворота Гусевым, оставляя за собой шлейф разноцветных искр.
– Да вы задолбали! – рявкнул он и полетел к лесу, в то время как Яга забросила в кольцо еще один квоффл. «Тридцать – ноль в пользу старичков!»
Гусев вернулся почти сразу, но уже не на метле, а на… вырванном с корнем дубе! Подлетел, завис в паре ярдов от Яги.
— Ну что, Елена Корнеевна! Как вам моя метла? Годится? А то я еще могу дубков нарвать! — Он махнул палочкой в сторону леса, и оттуда с воем принеслись и зависли в воздухе еще два таких же здоровенных дерева. — Ну что, ребят? — гаркнул. — Кто ко мне в команду? Кто не ссытся пойти против бабкиной ступы?
Как ни странно, желающие нашлись: двое мальчишек и девочка. Андрей тоже было привстал, но тут же скривился и снова опустился на сиденье, потирая колено: «Не, на этой штуке не удержусь».
— Ах вы, поганцы мелкие! — рявкнула Яга. — Еще и дразнятся! Да я этой ступой «Мессершмитты» сбивала, когда ваши мамы-папы еще по отдельности в бабках с дедками сидели! Ну, держитесь! — Она махнула помелом, и ступа с присвистом взмыла в воздух почти вертикально. Кэти проводила ее удивленным взглядом: если верить Маше Федотовой, когда-то учившей ее управлять основным средством передвижения русских ведьм, на такие маневры оно было не рассчитано.
— Допустим, летала она тогда не в ступе, а на вполне нормальном истребителе, и сбивала их наверняка из пулемета, ну или «Бомбардами», если патроны кончались. Но бабка реально крута, — вздохнул Долохов. И вдруг просиял: — Катюха, идея!
И тоже сбежал, чтобы вернуться…

– Катюха! Давай ко мне! Сейчас мы им покажем! – крикнул, распахивая дверь в кабину школьного грузовика.
– Я же не выпускник! И вообще здесь не училась.
– Ты и не препод! Значит, можешь играть за любую команду, – объяснила Маша, глядя на Кэти почти с завистью. Кажется, она и сама была бы не против сыграть в квиддич на летающей машине.
«Джокер», – вспомнилось директорское. Кэти ухватилась за руку Андрея и запрыгнула в кабину.

Со своей задачей – ловить летавшие тут и там квоффлы – она еще справлялась. Но забросить хоть один из них в кольцо так и не удалось: им то и дело приходилось чуть ли не на месте разворачиваться, уходя от бладжеров, становившихся все больше и зубастей. Или тормозить, чтобы не сбить кого-то из своих же игроков. Пару раз учителя метким заклинанием уничтожали их квоффлы уже в броске.
Зато Яга обходила все ловушки с такой легкостью, будто играла в настольный хоккей, а не носилась в тяжелой деревянной бочке на высоте футов двести-триста.
Семьдесят – ноль.
Восемьдесят – ноль…

Грузовик вдруг начал резко снижаться… все быстрее и быстрее…
Побелевший Андрей то крутил ставший бесполезным руль, то махал палочкой над приборной доской. Заклинания показывали, что все работает, но они все-таки снижались… нет, падали!
– Да что происхо-о-о?..
– Бля-а-а-а-а-а!

С подушечным Кэти успела, но помогло оно мало. Ну, хоть по земле их не размазало. Но какого черта они упали, все же нормально было?
Кэти вылезла в разбившееся окно… и ахнула.
Поперек грузовичка лежал огромный дуб, в ветвях которого ворочался злой, как сто чертей, Гусев. Кузов, вернее, то, что еще недавно было кузовом, огибал ствол красивой синусоидой.
— Пиздец, — потрясенно выдохнула Кэти. Гусев с ней согласился куда более многословно.
— Да ладно. Зато как полетали! — попытался успокоить их Андрей. — Жалко только, что продули всухую. Ну бабка дает, до смерти теперь не забуду!
И, в подтверждение его слов, Яга забросила в их кольцо еще один мяч. «Сто десять – ноль в пользу Старичков!»

Из кабины вдруг послышалась возня, всхлипы, а потом такая ругань, что даже парни удивленно охнули. Дверца распахнулась, и оттуда, прихрамывая и баюкая левую лапу, вышел Амбарный.
— Ой! Как же вы…
Из ответной речи, почти полностью состоявшей из «междометий», им все-таки удалось уловить, что Амбарный решил в машине поспать. Во-первых, потому, что был уверен, что в этот день грузовик точно никому не понадобится. Во-вторых, раз уж «вонючесть» прочно в его хозяйстве прижилась, надо к ней понемногу привыкать. Да и вообще – он тут мельчайшей иголке хозяин, где хочет, там и спит. И уж, конечно, не ожидает, что его сон прервут сперва полетом, потом тряской, а потом таким лихим приземлением.
— Я тебе, Андрюшка, в жизни этого не прощу! — провыл и зашагал через поле в сторону причала. Но вдруг вернулся: — И игрушку свою поганую заберите! — С этими словами он сунул Кэти в руку что-то маленькое и как будто живое. Оно толкалось и старалось вырваться, а когда Кэти разжала пальцы, передумало улетать, зависло прямо над ладонью, трепеща золотыми крылышками. Кэти снова его поймала – больше от удивления.

— Игра окончена! — загрохотало в тот же миг из динамиков. — Брюнетка с сиськами… то есть, в клетчатой рубашке… Мне подсказывают: Кэти Риддл из команды Сопляков… Кэти Риддл поймала снитч! Сто пятьдесят – сто двадцать в пользу Сопляков!

***

– Это же не я поймала, – прошептала Кэти Андрею на ухо, когда все вернулись в актовый зал, где ряды стульев уже сменили накрытые столы. – А если проверят?
– Кто проверит? – усмехнулся он. – И вообще – ты же его поймала?
Она кивнула.
– Ну и все, победителей не судят, – рассмеялся он, падая на стул и предлагая ей сесть рядом.

***

Два часа спустя в зале остались только учителя и выпускники. Петр Васильевич в углу пил на брудершафт с очередной белочкой, директор что-то рассказывал группке собравшихся вокруг него фантомов, а Яга, взгромоздившись на стол, лихо отплясывала, напевая коротенькие, но совершенно неприличные куплеты-«частушки».

Гусев влез между Андреем и Кэти, обдав запахом пота и медовухи. Хлопнул по плечу:
– Катюха, ты чудо! Мы ж, выпускники, с девяносто третьего не выигрывали – вот с тех пор, как эта чокнутая сюда работать устроилась.

«Эта чокнутая» как раз под залихватское «Я гуляла, я гуляла, и налево, и направо» взметнула юбкой, как в сказке одна магичка-анимаг – рукавом. Все – инстинктивно – пригнулись. Но бабуля не стала никого поражать магией – только продолжила танцевать.

– А ноги у нее еще ничего, – сказал Гусев, отставив пустую кружку и тут же потянувшись за новой. – Особенно та, которая не протез.
Пробормотал что-то вроде: «А-а, гуляем! Все равно мне здесь больше не учиться!» – и тоже полез на стол:
– Эх, милка моя, как тебе не сты-ыдно!..

***

Если то, за что пили первую кружку медовухи, Кэти хоть примерно могла вспомнить, то последнюю... или несколько «последних»? – уже нет.

Высшая награда герболога

Просыпаться после выпускного было куда тяжелее, чем после празднования нового года. Впрочем, вопросов «Где?» и «Кто?» у Кэти не возникло, а спрашивать: «Зачем?» было как-то поздновато.

— Антипохмельного? — предложила Нела. Этим утром она была в легком белом платье и выглядела свежей и цветущей – насколько это вообще возможно для девушки, утонувшей больше сотни лет назад.
— В спортзале? — уточнила Кэти, прикидывая, каким способом туда лучше добраться, и приходя к выводу, что лучше сразу умереть.
— Не, держи вот, специально для тебя захватила. — Нела всунула ей в руку склянку. Кэти выпила залпом, и – чудо – голова прошла.
— Надо же, впервые использую по назначению. И правда работает!
— Тогда вставай, тебя уже дела ждут – не дождутся.
— Чертей ловить? — Кажется, вчера… нет, «сегодня» поближе к утру толпа этих зелененьких выплясывала на сцене что-то зажигательное. Настолько, что деревянные доски под ними задымились. Или это под белочкой?
— Не-а, черти пускай бегают, с ними веселей. Там твой цветок расцвел. Ну тот, на поляне. Пойдешь смотре…
Окончания фразы Кэти уже не слышала.

***

К ее удивлению, на поляне собралось довольно много детей. Из взрослых были только директор и Варфоломеич. Заметил Кэти, бросился навстречу:
— Ты глянь, Катюшенька! Ты ж посмотри только! Расцвел, чтоб мне света белого не видеть, расцвел!

Но она уже и сама увидела – еще в лесу, пока бежала. Сначала даже испугалась: кто же это там костер развел? А теперь поняла, что светился сам цветок. Переливался алым пламенем; оно будто рождалось в его сердцевине и перетекало, переливалось к резным кончикам лепестков. С первого взгляда казалось, будто на поляне горит необычный, зачарованный талантливым колдуном факел. Листья тоже светились, но там «пламя» было зеленоватым, светлым у стебля и нестерпимо ярким на окаймлявших их острых зубчиках.
Бутон не раскрылся, а треснул, как упавшая на пол чашка, и теперь его «черепки» лежали на земле, безжизненные и коричневые, похожие на скорлупу ореха. Рядом – «скорлупки» длинные и вытянутые – видимо, от стеблей и листьев.

— Поздравляю с прекрасной работой, — улыбнулся им с садовником директор. Спокойно так улыбнулся – будто другого и не ждал.
— А то ж, с такой-то помощницей! — Варфоломеич, видимо, хотел хлопнуть Кэти по плечу, но потом решил, что проще дотянуться до предплечья. — Ну что, Семёныч, можно и Совету докладать. Вышло у нас, всё-всё вышло!
— Можно и доложить, — согласился он. — Первый цветок они вряд ли застанут, но тут наверняка скоро новый бутон лопнет. Каждому цветку, ты говорил, не больше суток отпущено?
— Точно, в старых книгах так написано, — кивнул садовник. — Хотя кто знает, может, и врали. А может, — он покосился на Кэти, — в этот раз все по-другому пойдет. Ни разу ж еще не было, чтобы Тварь отдельно от цветка ходила.

***

В этот раз действительно все пошло по-другому, не похоже на те скупые описания, которые Кэти нашла в старинных трактатах. Начать с того, что первый из раскрывшихся цветков не увял ни через сутки, ни через двое. А неделю спустя, — когда она, получив из Совета многоразовый портключ и разрешение на неограниченное использование магии за пределами Темноводной, засобиралась домой, — над поляной уже переливались три алых «факела».

Кэти торопливо дописывала свои заметки, то и дело натыкаясь на составлявших ей компанию ученых-гербологов из других стран. Со своим соотечественником, главой кафедры Всеамериканского Магического Университета, Кэти уже поговорила, и знала, что ее не только зачислили на интенсивную программу, но и засчитали преподавание в Снукволми и Хогвартсе как необходимые классы по зельям, а работу в Темноводной – как практическую часть.

— Я бы вам советовал посвятить этому цветку и научную работу, — сказал профессор Абернетти, прощаясь. — А если повезет – тут хватит материала и для диссертации минимум на третью ступень.
Кэти была с ним согласна. Ведь еще столько осталось непонятного, неразгаданного! Кое-что можно будет понять из наблюдений, но Кэти еще надеялась разыскать Егора и о многом расспросить. Конечно, сейчас – после разрыва связи между ними – это будет трудно, но она уже знала, с чего начнет. В мире маглов человек не может жить без документов, даже поддельных. И исчезнуть просто так, за здорово живешь, тоже не сможет. А поскольку она знает и имя, и место жительства, и профессию его Любы… справится. Она не сомневалась, что справится – и с поиском, и с научной работой, и… Кто знает, может, ее исследования окажутся настолько важны, что она все-таки получит Премию Нимуэ?

В свои последние дни в Темноводной Кэти летала, как на крыльях. Даже печальные воспоминания об их с Алексом ссоре отступили. А если грусть все-таки возвращалась – достаточно было взглянуть на алые лепестки – и на душе становилось легче: нет лучшей награды, чем видеть результат своего труда… Тем более, что ничего прекраснее него нет и не было на свете. Так что оставалось только порадоваться, что ее приезд в Темноводную был не напрасным. И смириться с тем, что с любовью и романтикой в ее жизни…
Смириться? Да какого черта?!

***

«Конечно, Алекс мог и выбросить сигналку», — думала она, поднимаясь на метле все выше и выше. Но все-таки надеялась, что если уж Змей хранил ее больше полугода, причем не собираясь пользоваться… Может, и сейчас ей повезет? А если нет – придумает что-нибудь, ведьма она или кто?

Заклинание показывало, что от земли ее отделяет больше десяти тысяч футов. Должно хватить.
Кэти осторожно, чтобы не «улететь» раньше времени, встала ногами на древко. Наложила на метлу заклинание возвращения – неправильно будет, если она кому-нибудь на голову свалится. Если уж разрешили – в благодарность за работу над уникальным магическим растением – пользоваться магией на свое усмотрение, надо делать это с умом.
Теперь только оттолкнуться и… лететь.
Само собой – вниз.

— А-а-а-а-алекс!
Оставалось внушить себе, что кричит она от страха, а не от восторга. И что остановиться уже не сможет, так и впишется в землю с силой, равной ускорению свободного падения, умноженного на…
Так, стоп! Говорила же себе – орать от ужаса, а не формулу вспоминать!

Впрочем, сигналка у Алекса («Не выбросил! Обалдеть, он все-таки хранил ее все это время!») сработала. Кэти завопила еще громче, увидев летящее к ней трехголовое чудовище. Теперь восторг и радость можно было не скрывать – не развернется же он прямо сейчас, поняв, что никто тут помирать не собирается?

На этот раз Змей не стал хватать ее когтями – просто поймал на крыло. Кэти перекатилась по его спине, больно ободрав локоть. Попробовала зацепиться за гладкую, плотно прилегающую чешую, жесткую и острую, но только порезалась и обломала пару ногтей. Черт!
Она соскальзывала, уже почти уверившись, что Алекс и не собирался ее ловить. Может, он просто мимо пролетал? А с ней столкнулся случайно и теперь ждет-не дождется, когда она уже свалится и можно будет убраться восвояси?
Но тут средняя из голов обернулась и с потрясающей точностью поймала Кэти, распластавшуюся на скользкой змеиной спине, за ремень джинсов. Сдернула оттуда и потащила перед собой, как аист младенца.

Лететь у Змея в зубах было не особо приятно, но хоть не больно. Можно было рассматривать лес внизу, который пересекали извилистые ниточки дорог. Изредка встречалось человеческое жилье – то одиночные домики, то поселки. Теперь, когда ребра не трещали под напором когтей, Кэти даже замечала моменты переходов через порталы. А здорово у него получается!

— Алекс-с-с, а с-с-снизу нас видно, как ты думаеш-ш-шь? — прошипела она на парселтанге. А как еще обращаться к змею?
— Ещ-ш-ше одно слово – и дальш-ш-ше летиш-ш-шь с-с-сама, — буркнула левая голова.
— Внис-с-с, — добавила правая.
Ну и ладно. Можно и помолчать, раз они такие… необщительные.

***

Притащил ее Алекс все в ту же пещеру. Только теперь, когда он был в своем «нормальном» виде, это место уже не казалось ни темным, ни огромным.
— Привет! Как ш-ш-ше я рада тебя видеть!
А он, похоже, ее радости не разделял.
— Ещ-ш-ше одно с-с-слово на парс-с-селтанге, и я тебе голову оторву, — пообещал в ответ.
А как тогда с ним разговаривать?! Нашелся змей-полиглот!
— Могу даже на русский перейти, если ты меня, конечно, поймешь.
Змей крутнулся на месте, превращаясь в человека. Голого, само собой.
— Нет уж, не надо, — скривился он. — Помню я твой «русский».

Кэти протянула ему руку, чтобы помочь подняться, и Алекс, помедлив, все-таки ухватился за нее.
— Ну и какого черта ты делаешь? — устало спросил, когда оказался на ногах.
— Алекс, мне надо с тобой поговорить!
— Да уж, поговорить ты любишь, — он отошел в глубину пещеры, туда, где – как Кэти уже знала – хранились его вещи. Вернулся уже одетый, встал напротив нее, сложив руки на груди. — Я тебя слушаю.

Сказанные вслух, ее извинения прозвучали почему-то не веско и убедительно, а как глупейшие оправдания. Сейчас Алекс выставит ее отсюда к чертям…
— Ладно, я тебя понял. Что-то еще?
«А еще я тебя люблю!»
Нет, это уже совсем глупость. Со своими чувствами она сама как-нибудь и разберется, и справится. Зато… Если она сейчас об этом не спросит – больше шанса может не быть.
— Алекс, тогда… Ты же мог меня одолеть! Мог, я видела. И никакой парселтанг тебя бы не удержал, тем более, я приказ неправильно сформулировала.
— Да, с приказом ты лоханулась, — не стал спорить он. — А насчет «одолеть»… Нет, что ты… Ты и правда очень сильная ведьма, змеёныш. Все, что я мог — это тебя убить. Мог сжечь ко всем чертям – тебя, Егора этого с его бабой, да и всю деревню до кучи. Взбесила ты меня хорошо, а в таком состоянии силу не всегда удается контролировать.
— Но ведь ты этого не сделал?
Он покачал головой.
— За кучку пепла, оставшуюся от твоего бывшего «питомца», мне все равно бы не заплатили. Да и заполучить в персональные враги Лорда Волдеморта, грохнув его бесценную сестренку… На такое я не подписывался.
— Да, конечно, — усмехнулась Кэти. — Все дело только в этом.
— А ты не веришь?
Она медленно покачала головой.
— И мне на помощь ты прилетел. Только не говори, что сделал это, чтобы моего брата не огорчать. Он тебя один раз попросил за мной «присмотреть», а не в бессрочные няньки нанял.
— Да просто руки не доходили эту дрянь выкинуть, — Алекс подкинул вверх, поймал и, поморщившись, отбросил в сторону «сигналку». — А что прилетел... Так все равно в этом паршивом городишке торчал…
— Зачем?
Тут уже, кажется, растерялся Алекс. Или разозлился? Судя по голосу – последнее:
— Надеюсь, ты сказала все, что хотела? Можно отвезти тебя на прежнее место?
— Не надо, — покачала головой Кэти. Ну что ж, никто ведь и не обещал, что все сразу и моментально получится. И что вообще получится – тоже не обещал. — У меня теперь безлимитка на магию. Так что спасибо, что выслушал, и… жалко, что ты мне не веришь.
Повернулась и поплелась к выходу.
— Во что еще я должен поверить, змееныш? — услышала Кэти, когда прикидывала, как лучше протискиваться через узкую щель выхода, чтобы поменьше испачкаться. — Ну, кроме того, что ты сделаешь то же самое, если я снова наступлю на твой раскрашенный хвост? Вернее, если задену твои «жизненные принципы хорошего человека»?
Кэти опустила голову: возразить ей было нечего.
Отыскала взглядом валявшуюся на полу «сигналку» и ткнула в ее сторону палочкой:
— Редукто!
Так будет лучше: чтобы больше ни на что не надеяться. Развеяла по полу оставшуюся от дурацкой игрушки пыль. Вот и всё.
Так или иначе – стоило попытаться.

***

Большинство учеников разъехались — по домам, на практику или организованные школой экскурсии — сразу после выпускного. Но некоторые вернулись – попрощаться с отъезжавшей домой мисс Риддл.

— И чтобы убедиться, что точно уедешь, — хмыкнул Сережа Гусев, моментально схлопотав затрещину от брата.
— Катюх, ты его не слушай, дурака! — загремел над причалом бас Гусева-старшего. — Хоть навсегда оставайся. А если хочешь… вот, — он вытащил из кармана смятую бумажку, сдул шелуху от семян подсолнуха, которые, как Кэти заметила, здесь многие любили, и всунул ей в карман. — Адрес тут мой… наш. Заглядывай в гости, в квиддич сыграем.
— Почему бы и нет? — Кэти еще не раз до конца лета собиралась вернуться в Темноводную. Можно и к Гусевым заглянуть: интересно же, как живет одна из немногих оставшихся в России старинных магических семей? Правда, на квиддич она вряд ли согласится: слишком уж неравны силы – для нее это будет вторая в жизни игра (и первая – по правилам), а Гусева уже приняли в свои ряды печально знаменитые «Пушки Педдл». Что ж, теперь у них есть шанс подняться выше последней строки турнирной таблицы.

А вот Долохов уезжать из России отказался наотрез, несмотря на предложение из салемского Отдела совмещения технологий.
— Чего я там не видел, — буркнул. — Вон, брат моего прадеда уехал, и что? Полжизни в чужой тюрьме провел, и до сих пор не знаем, куда сгинул. Нет уж, я лучше здесь что-то подобное организую.
Именно этим он и собирался заняться после школы. Уже отправил в Совет заявление, и теперь собирал кучу бумажек, в том числе рекомендательные письма.
Кэти обняла Андрея.
— Мама сказала, что уже отправила письмо о нашей с тобой работе над машиной в ваш… как его там?... «Олени»?
Он хмыкнул:
— «ОЛиНИ», Отдел лицензий и новых изобретений.
— Надеюсь, это и правда поможет. А если они все равно откажут…
— Не откажут, — уверенно ответил Андрей. — Я ж лучший механик магического мира, забыла, что ли?
Да, что-то подобное она говорила, когда они после нового года заново собирали грузовик.
— Вредитель ты лучший, Андрюшка, — буркнул Амбарный, так и не простивший им своего принудительного полета. — Хотя талантище, тут не поспоришь.

— А твои родители точно не будут против, если я у тебя перед отъездом в Хогвартс поживу? — спросила Маша.
— Точно, не волнуйся. Думаю, вы друг другу понравитесь.

— Катюшенька, ты только не переживай, — заверил ее Варфоломеич у самых ворот. — Кажный день буду делать все, что ты написала. И в книжечку твою записывать… Бу-уду! — провыл с таким надрывом, как будто ему предлагалось делать заметки собственной кровью. — Или нет, — вдруг оживился он. — Нелька все записывать будет!
Русалка засмеялась и показала им обоим тонкий синеватый язык. Но Кэти не сомневалась: она не подведет.

***

Странно было прощаться с местом, которое тоже – как и Хогвартс когда-то – успело стать родным. Кэти в последний раз закрыла за собой ворота. Аппарировать не хотелось – лучше уж подняться по извилистой дорожке, по пути прощаясь с каждой травинкой и деревом… Еще раз взглянуть сверху на школу, позволить ей спрятаться за темными водами зачарованного озера… и уже тогда…

***

За поворотом стояла черная Ауди.
Ее хозяин облокотился о капот, зачем-то обрывая лепестки с Matricaria chamomilla. Мерлин, а цветок-то ему что сделал?
— Привет, — кивнула Кэти. — Навещаешь друзей?
— Вроде того. — Оторвал последний лепесток, покачал головой: «М-да. Лучше бы не спрашивал». — А ты, значит, домой собралась?
Она только плечами пожала: какая ему разница?
— Может, подвезти? По старой памяти?
— Это еще зачем? Я могу аппарировать откуда угодно. И в няньках не нуждаюсь. Как ты верно заметил – я сильная ведьма.
И пошла дальше по тропинке – только бы не видеть его. И почему нельзя было заявиться сюда на день позже?

— Слушай, я тут подумал…
Кэти не обернулась, но и промолчать не смогла:
— И как успехи? Тяжело, наверное, было? С непривычки?
И какого черта он не может от нее отвязаться?!
И опять Алекс только хмыкнул:
— Тебе никогда не удавалось меня задеть – по крайней мере, нарочно. Так может, не стоит и начинать? А думал я о том, что стоит хотя бы попытаться. Может, если впредь держаться подальше от твоего красивого полосатого хвоста – чтобы больше на него не наступать…
— Что ты имеешь в виду? — Ему все-таки удалось привести ее в замешательство. Вот и держался бы: он здесь, она по другую сторону Атлантики. Куда уж дальше?
Об этом и спросила.
— Нет уж, это слишком далеко, — развел руками он. — А я уже привык знать, что у тебя все в порядке.
Когда это он успел привыкнуть?
—Так, подожди! Ты что, из-за этого в нашем городе торчал?!
Алекс смутился, будто Кэти его застукала за чем-то совершенно неподходящим… по крайней мере, для такого крутого огненного змея. За чем-то вроде рассматривания фоток с котятами или еще похуже.
— И за этим тоже, — все-таки нашел в себе силы признаться он. — А что было делать, если мне…
— Если тебе?.. Что?
— А, ладно! Да, я до чертиков скучал по тебе! По твоим маханиям палочкой, рассказам о всякой траве кусачей, даже по вопросам дурацким. Довольна?
— Ага, — только и сумела сказать она. «Довольных» интонаций не вышло – скорее, растерянные. Больше всего захотелось проверить, не подвергался ли Алекс действию всех известных ей привораживающих чар или зелий. И вообще – в своем ли он уме. И себя проверить – на наличие галлюцинаций. Или не стоит? Даже если он галлюцинация… пусть продержится еще немного, а?
— А поскольку возможности оказаться рядом в любой момент у меня больше нет, я и решил…
Алекс снова умолк, то ли снова набиваясь на вопрос «Что именно?», то ли пока сам этого не знал. Судя по тому, как его лицо просветлело – все-таки не знал.
– Точно – решил пригласить тебя на свидание! — Он улыбнулся, и ее сердце, и раньше-то скептически относившееся к уверениям «главное – работа», предательски ёкнуло. — Если ты не против, конечно.
— Ну… — чуть растерянно проговорила Кэти, — Почему бы и нет?
В конце концов, если уж он решил, что постарается «не наступать больше ей на хвост»… Она тоже попробует этот «хвост» не подставлять. Попробует узнать о нем побольше, разобраться… А там видно будет.

Подошла к нему и, каждую секунду ожидая, что галлюцинация развеется, пригладила растрепавшиеся волосы. Нет, не пропала! Алекс перехватил ее руку, но не отвел подальше, как Кэти боялась, а поднес к губам. Осторожно коснулся… какое же теплое у него дыхание! Его пальцы, пробежав вдоль позвоночника, удобно устроились чуть ниже талии, и думать о всяких глупостях тут же расхотелось. Вернее, захотелось – о других, более приятных глупостях.

— Думаю, у нас обоих получится. В крайнем случае мне придется нарушить семейную традицию – не писать летописей – и оставить кое-какие заметки…
— Об особенностях размножения уникальных змеев? — усмехнулась Кэти.
— Нет. О вкусовых качествах американских гербологов.

-fin-

@темы: Красавцы и чудовища

Комментарии
2017-01-15 в 10:29 

киса в свитере
тёплые коты плывут по небу облаками, мысли переполнены мурчащими котами (Флёр)
выпускной просто шикарный.
оТ бАБЫ яГИ -ВОЕННОЙ ЛЁТЧИЦЫ- ПИЩУ В ВОСТОРГЕ!

Последняя глава всё же грустная - что Катюшка уезжает.
Хочу читать про Машу в семье Реддлов.

Хм.. показалось, что Лёшка с Катей объясняется, как Том с Меропой в посмертии. Боится вспугнуть.

2017-01-15 в 10:31 

blue fox
Синий Лис
ыыыы "квидич" вынес :lol:
маленькая школа отжигает :gigi:

и спасибо за цветочек :-) что расцвел :-) и за почти хэ :-D (пока не очень верится что эта парочка опять не разгавкается)

2017-01-15 в 10:33 

blue fox
Синий Лис
и про почтицитату из чикаго про несчастные любови вампирши :-D

2017-01-15 в 12:59 

venbi
ААААА!!!!! Это очешуительно прекрасно! :squeeze::squeeze::squeeze:
Нестандартный квиддич порадовал))) Яга-летчица - крута))) А уж бладжеры-белочки - ЫЫЫЫ! Просто слов нет, прелесть же! Амбарный, вручивший "игрушку поганую" Кэти, просто восторг)))
И Цветочек!!!! Зацвел таки, даже без Твари)) Или как раз потому, что Тварь счастлива? :itog:
А уж за примирение с Алексом и грядущее свидание - отдельное спасибо))):inlove: Кажется, не одна Кэти влюбилась ;-)

2017-01-15 в 13:16 

киса в свитере
тёплые коты плывут по небу облаками, мысли переполнены мурчащими котами (Флёр)
Или как раз потому, что Тварь счастлива?
вот похоже на то!

Кажется, не одна Кэти влюбилась
и Змей, похоже, тоже!

2017-01-15 в 18:15 

Прекрасное продолжение, хоть и не про Катю с Джеймсом, но Алекс вышел очешуительным, хотя насчет их " долго и счастливо" я не уверена, по-моему , надолго их не хватит - оба себе на уме, да и почти вечный Змей Горыныч со смертной ведьмой... Хотя зачатие в Межмирье должно ей какой-то бонус дать в этом плане.... Продолжаю робко надеяться на третью часть с Томом и подросшей Розой. " Глазки Кота в сапогах" прилагаются)

2017-01-15 в 18:35 

киса в свитере
тёплые коты плывут по небу облаками, мысли переполнены мурчащими котами (Флёр)
и я надеюсь...
И на бонус тоже надеюсь.

2017-01-15 в 22:21 

vlad.
-Кому это вообще нужно? - Тебе. Только тебе.
киса в свитере, :squeeze:
Последняя глава всё же грустная - что Катюшка уезжает.
Что делать - у нее еще премия не получена и диссертации не написаны ))
Хочу читать про Машу в семье Реддлов
Вряд ли там что-то интресное будет - все своими делами заняты, девчонки отдельно, родители отдельно.
Хм.. показалось, что Лёшка с Катей объясняется, как Том с Меропой в посмертии. Боится вспугнуть.
Скорее, боится огрести ))

blue fox, :squeeze:
ыыыы "квидич" вынес :vict:
Писать об этом тоже было очень весело ))
(пока не очень верится что эта парочка опять не разгавкается)
Вот и мне. Даже если останутся вместе, жить им будет нескучно.
и про почтицитату из чикаго про несчастные любови вампирши
:gigi: Причем, если в НС отсылки были вполне сознательные, то здесь оно как-то само. Как я ржала, когда перечитала и поняла, откуда это ))) Все-таки старая любовь не ржавеет )))

venbi, ы-ы! :beer:
Или как раз потому, что Тварь счастлива?
Да. Связь же только с Катей разорвалась, но прояснить этот вопрос они не успели.
Кажется, не одна Кэти влюбилась
А то. Иначе не торчал бы больше месяца в соседнем городе. ))

МумбоЮмбо, спасибо!
хотя насчет их " долго и счастливо" я не уверена, по-моему , надолго их не хватит - оба себе на уме
Мне тоже кажется, что не уживутся. Хотя кто знает - может, и научатся не ходить друг другу по хвостам?

да и почти вечный Змей Горыныч со смертной ведьмой.
Скажем так, он тоже не вечный.

Продолжаю робко надеяться на третью часть с Томом и подросшей Розой.
Пока на эту тему ничего в голову не приходит, (кроме мелкого драббла о выпускном Розы, да и его до сих пор не записала). Но опять же - ничего не могу исключать ))

2017-01-15 в 22:27 

киса в свитере
тёплые коты плывут по небу облаками, мысли переполнены мурчащими котами (Флёр)
Вряд ли там что-то интресное будет - все своими делами заняты, девчонки отдельно, родители отдельно
но всё равно интересно, как уживутся под одной крышей

Скорее, боится огрести ))
и это тоже. Есть от кого!

Иначе не торчал бы больше месяца в соседнем городе. ))
настырный Змей.

Пока на эту тему ничего в голову не приходит, (кроме мелкого драббла о выпускном Розы, да и его до сих пор не записала). Но опять же - ничего не могу исключать ))
хотела бы почитать!

2017-01-15 в 23:14 

vlad.
-Кому это вообще нужно? - Тебе. Только тебе.
киса в свитере, хотела бы почитать!
если вдруг напишется :)

2017-01-15 в 23:18 

киса в свитере
тёплые коты плывут по небу облаками, мысли переполнены мурчащими котами (Флёр)
vlad., лучи писца тебе!

   

Книжные полки

главная